Карпунькина В.К. (2013г) ВОЛЯ К СВОБОДЕ

ВОЛЯ К СВОБОДЕ КАК УСЛОВИЕ ВОПЛОЩЕНИЯ СМЫСЛА ЖИЗНИ

Карпунькина В.К.

Последние три года я занимаюсь исследованием проблемы воплощения смысла жизни в подростковом периоде.  Изначально была выдвинута гипотеза, что воля к свободе является необходимым условием воплощения смысла жизни.

Чтобы разобраться, так ли это, была разработана и реализована социотерапевтическая программа для старшеклассников, переживающих бессмысленность. В ходе программы подростки помещались в условия неизбежного выбора, неопределенности, ситуации взаимной ответственности и совместного труда, но первичным, начинающим условием программы было проявление ведущими, а постепенно и детьми, той самой эмпатии, о которой так много говорилось вчера – в докладах Олега Валерьевича и Татьяны Николаевны. Совместно с детьми были проведены деятельностное исследование, герменевтический и феноменологический анализы текстов, феноменологический анализ случая. Особенностью качественных исследований является проникновение в глубину, в суть. Статистические данные имеют вторичную ценность.

И сейчас, в рамках доклада, я поделюсь кратким пересказом феноменологического анализа случая, а именно – анализа жизни одного из участников социотерапевтической программы.

Случай.

Костя – подросток 16 лет, ученик 9 класса. Агрессивный, грубый подросток, не хочет учиться, ни с кем не общается – комплексует из-за полноты, ничем не интересуется, врёт. Привела его мама. Совместной работе с мамой над отношениями в семье Костя сопротивляется, пока она в кабинете – агрессивно молчит. Но от индивидуальных консультаций не отказывается, поднимает проблему смысла жизни. Соглашается и на работу в подростковой группе. Активно готовится к предстоящему выезду, но вместе с тем боится выезда – «а что будет, если я заболею и не поеду?» Психолог отвечала, что он поедет даже со сломанной ногой, слишком много он уже сделал для выезда, потому его участие важно не только для него самого.

Перед выездом.

За четыре часа до выезда звонит мама К. и сообщает, что он заболел, поднялась температура, спрашивает, что делать. Психолог предлагает два часа понаблюдать за динамикой состояния, и если ухудшения не будет – всё-таки отправить К. на выезд.

К. пришёл злой, агрессивно реагирующий на всё происходящее, заявил, что его выгнали из дому. Ведущие с теплыми улыбками ответили, что очень этому рады.

До самого начала работы на турбазе, К. сторонился, словно стремился спрятаться от незаслуженной доброжелательности от ведущих программы. С его точки зрения оно было неуместным. Росло его раздражение.

Выезд, начало работы.

К. дистанцировался от ребят и агрессивно нападал на ведущих. Его всё раздражало, и он активно выражал своё раздражение. К его удивлению, ведущие не только не отвечали агрессией, а даже искренне радовались каждой его реплике, поддерживая его активность и проясняя суть раздражения. Сопротивление работе было открытым и провокационным.

Психолог предложила ему найти смысл для работы до утра, или будет найден способ, отправить его домой.

К. согласился.

Ребята вначале побаивались К. Но постепенно контактные формы групповой работы расположили ребят друг к другу. К. старался избегать инициативы и персональной ответственности, но было видно, что доброжелательность ребят ему ценна и важна. Тёплая атмосфера первого дня и вечера помогла К. расслабиться и уменьшить защиту. Температура спала и больше не поднималась.

Второй день.

Этот день для К. начался с постановки цели. Была долгая пауза, прежде чем он начал говорить. Только встретившись с неравнодушием психолога напрямую, через ее «угрожающе-любовный взгляд», как он сам его назвал, Костя смог поставить свою личную задачу.

С этого момента К. стал принимать персональную ответственность за происходящее в группе. Он по-прежнему стремился быть наблюдателем, не быть в центре внимания, но приходил на помощь, когда к нему обращались. Особенно важными для него оказались формы работы с доверием группе, с ответственностью за партнёра. На экзистенциальной ленте, когда группа зашла в тупик, и казалось, что выхода нет, все замолчали, К. внимательно и бережно стал прояснять ситуацию, задавая вопросы ведущим и ребятам, неожиданно для себя становясь лидером. Мужество и хладнокровие К. в решающий момент закрепили  его авторитет в группе. Преодоление кризиса сплотило группу.

День третий.

 С самого утра К. был открыт и активен в группе. Персональное выражение чувств в адрес участников группы, поддержка и забота проявлялись на всех этапах работы. Лидерство стало осознанным и желанным. Вечером К. первый раз за выезд позвонил маме, сообщил, что болезнь прошла, и он себя хорошо чувствует.

День четвёртый.

Серьёзный анализ К. ситуаций на выезде и соотнесение их с повседневной жизнью. Открытия: «влезу в долги и жду, пока не найдётся хороший человек и не вытащит меня оттуда», «я так увлёкся, что забыл злиться», «я впервые доверился людям». Щедрая персональная благодарность. Желание жить и действовать.

Детско-родительская консультация.

Искренняя благодарность и удивление мамы результатами после выезда. К. стал проявлять заботу и ответственность, поблагодарил за то, что его «выгнали», наладился диалог с отчимом.

Во время консультации К. охотно принимал участие в разговоре. Были намечены следующие шаги совместной работы: помощь в принятии решения по выбору профессии.

Последующие встречи.

Первые две недели после выезда у К. всё было замечательно. И в школе, и дома он был активен, стремился не накапливать долги, более доброжелателен был с окружающими. Наладились отношения с родителями и учителями. В классе появился товарищ.

На консультациях и групповых встречах много работал с личными ситуациями. Но постепенно вдохновение спало, и активность снизилась.

Резко ухудшились отношения с отчимом, вплоть до ненависти. От помощи в разрешении конфликта категорически отказался.

Началась подготовка к следующему выезду. Группа избрала К. лидером. Это подстегнуло его ответственность за содержание работы на выезде.  «Воля к свободе» - так сформулировал он тему выезда. «Я много чего хочу, но у меня не хватает воли хоть что-нибудь делать.» 

Выезд 2.

На протяжении всех четырёх дней К. ответственно относился к своей миссии. Внимательно следил за происходящим, оказывал поддержку, в случае сомнений подходил к ведущим за советом. Он мало говорил, стремился поощрять активность других. Однако был требовательным к соблюдению рабочего порядка.

Ситуация после окончания программы.

К. успешно, без контроля мамы подготовился и сдал ГИА в школе, стал заниматься в спортивной секции, поступил в техникум. При встрече рассказывал, что учится с удовольствием, почти на «отлично».  С отчимом отношения дружеские, появились общие интересы.

Для К. участие в программе стало открывающим, снимающим пелену заблуждений и иллюзий с его восприятия.

Главное чего мы - ведущие стремились достичь в ходе реализации социотерапевтической программы «Тренинг-клуб «Важная встреча» – это предоставить участникам возможность не противостоять ситуации, а присутствовать в ней, и это было возможно только через настоящее собственное присутствие. Ситуация при этом рассматривается как система сбалансированности многих напряжений. Было построено и поддерживалось социотерапевтическое пространство, структурно состоявшее из коррекционно-образовательных мероприятий с большим количеством психологической информации и психологического опыта. Подросткам предлагалось занять свою позицию в рамках созданной социальной структуры. По сути дела, социотерапевтическое пространство представляло собой альтернативный социальный институт, в котором особое внимание уделялось намерениям, смыслам и инициативам подростка.

Время заполнялось социотерапевтическими практиками, направленными на экспликацию структур осознания экзистенциальных оснований и экзистенциальных границ.

Результатом реализации программы являются следующие качественные изменения жизни участников:

  1. Более осознанное отношение к понятиям ответственности, свободы, воли, инициативы. Появилось желание быть активными.
  2. Значительно улучшились отношения с родителями, появилось взаимопонимание и взаимоответственность.
  3. Появилась уверенность в своих силах и возможностях.
  4. Изменились конформные установки на людей (когда мнение о человеке складывается из ложного представления, а не из конкретного опыта), повысилась толерантность друг к другу.
  5. Повысилась познавательная активность.
  6. Стало более внимательным отношение к телу. Появилась потребность заботы о нём. Повысилась эмоциональная устойчивость.

Из вышесказанного следует, что составленная нами программа эффективна и полезна для подростков, переживающих бессмысленность жизни.

Динамика от бессмысленности к воплощению смыслов имеет следующие этапы:

  1. Бессмысленность по своей природе имеет два качества: неосознанность (инфантилизм) и обесценивание жизни (вследствие разочарований). Оба этих качества приводят к пустоте, требующей заполнения.
  2. Вход в социотерапевтическую программу обнажает заблуждения подростка относительно самого себя и восприятия мира. Переживается растерянность.
  3. Возникает необходимость в ориентирах. Поиск смыслов.
  4. Осознание смыслов сопряжено с осознанием неизбежности ответственности (платы).
  5. Происходит ранжирование ценностей, расставление приоритетов.
  6. Рождаются новые смыслы – смыслы конкретного времени, конкретной ситуации. Смыслотворчество.
  7. Встреча и осознание со своими ограничениями и возможностями.
  8. Встреча со своей свободой (способностью любить) как экзистенциальный опыт.
  9. Обретение воли к свободе.
  10. Воплощение смыслов как способ жизни. 

Таким образом, мы пришли к выводу, что воплощение смыслов невозможно без обретения воли к свободе, что подтверждает нашу гипотезу.

 

Joomla SEF URLs by Artio
Выберите, пожалуйста, один или несколько разделов информации, которые Вас интересуют:
Я согласен(-на) с условиями Политики конфиденциальности

 

Закрыть окно